Техасский университет A&M. Министр обороны США Пит Хегсет — человек, который официально переименовал Пентагон в «Министерство войны», — стоит перед курсантами и произносит фразу:

«Господи, пошли меня воевать с исламистами», публично заявив, что это не политическое мнение, это служение «Богу и стране».

Это — квинтэссенция мировоззрения человека, который с 2025 года возглавляет Пентагон и, следовательно, командует более чем 3-мя миллионами военнослужащих и гражданских служащих, включая десятки тысяч мусульман в американской армии.

Слова Хегсета — не просто личная позиция одного чиновника. Это — системный сигнал, который Вашингтон посылает всему исламскому миру.

«Deus Vult»: крестовый поход, как государственная идеология

На правом бицепсе Пита Хегсета — две татуировки, которые говорят больше, чем любая пресс-конференция. Верхняя — латинская фраза «Deus Vult» («Так хочет Бог»), боевой клич Первого крестового похода, провозглашённый папой Урбаном II в 1095 году. Нижняя — арабское слово «كfر» (кафир), означающее «неверный», «отступник».

Это не случайный набор символов. Это — заявление. «Deus Vult» — не библейское выражение. Это средневековый военный клич, который сегодня используют ультраправые группировки, включая участников марша в Шарлоттсвилле в 2017 году.

А «кафир» в исламской традиции — обозначение того, кто отверг истину; в устах министра обороны США это слово приобретает характер прямого заявления – «Я ваш враг..,!».

Совет по американо-исламским отношениям (CAIR) назвал эту комбинацию «явным символом исламофобии со стороны человека, который руководит американскими войнами».

Директор CAIR Них ад Авад заявил: «Ислам настолько засел в голове Пита Хегсета, что он почувствовал необходимость вытатуировать свою враждебность к нему рядом с символом крестоносцев — тех самых неудачливых крестоносцев, которые столетия назад совершали геноцидное насилие против евреев, мусульман и даже христиан».

Но дело не только в татуировках. В своей книге 2020 года «American Crusade» Хегсет прямо пишет, что ислам — «исторический враг Запада», и призывает к «американскому крестовому походу» против «внутренних врагов» и врагов «Израиля».

Он восхваляет средневековых крестоносцев за то, что те «оттеснили мусульманские орды». Он бьёт тревогу по поводу «мусульманских показателей рождаемости» в таких штатах, как Мичиган.

Это — не маргинальная риторика. Это — мировоззрение человека, который сегодня определяет военную стратегию США.

«Убей всех мусульман…!»

В 2015 году Пит Хегсет, тогда ещё ведущий Fox News, был замечен в баре в Огайо. Согласно показаниям свидетелей, он был пьян и выкрикивал: «Убей всех мусульман! Убей всех мусульман!».

Эти показания позже были зачитаны на слушаниях в Сенате в декабре 2024 года сенатором-демократом Тимом Кейном — и Хегсет не выразил раскаяния, назвав обвинения попыткой политических оппонентов подорвать его репутацию.

Его мать, Пенелопа Хегсет, в письме, которое позже попало в прессу, писала сыну: «Ты — человек, который злоупотребляет алкоголем и унижает женщин. Ты не заслуживаешь доверия».

Эти детали важны не для смакования личных слабостей, а для понимания: человек, который сегодня принимает решения о жизни и смерти, имеет задокументированную историю агрессивного поведения, подкреплённого идеологической ненавистью к исламу.

В 2024 году, отвечая на вопросы о своей книге, Хегсет заявил: «Я поддерживаю уничтожение Израилем каждого члена ХАМАС». При этом в контексте его заявлений и риторики границы между ХАМАС и исламом стираются с пугающей последовательностью. «Ислам — не религия мира», — писал он. — «Это политическая идеология, замаскированная под религию».

Исламофобия, как инструмент мобилизации

Риторика Хегсета — не просто личная неприязнь. Это — сознательная стратегия мобилизации определённого электорального сегмента. Его турне «Send Me Tour», начатое в Техасе, использует библейские аллюзии для привлечения молодых американцев в армию.

Слоган «Пошли меня» — цитата из Книги пророка Исайи: «И услышал я голос Господа, говорящего: кого Мне послать? И кто пойдёт для Нас? И я сказал: вот я, пошли меня». Этот библейский призыв превращается в инструмент вербовки — и в инструмент идеологической обработки.

Параллельно Хегсет ввёл евангельские христианские практики в Пентагон, включая ежемесячные молитвенные службы, которые с мая 2025 года проводятся в здании министерства обороны.

В феврале 2026 года одну из таких служб проводил пастор Дуглас Уилсон — основатель организации Содружество реформатских евангельских церквей (CREC), который открыто называет себя «христианским националистом» и чей «мировоззренческий подход в целом совпадает» с подходом Хегсета.

Пасторы CREC публично призывают к запрету мечетей и ограничению избирательных прав мусульман.

Это — не просто религиозность. Это — слияние государственной власти и религиозного фундаментализма, при котором Ислам становится объектом не богословской полемики, а государственной политики, нацеленной на войну и уничтожение.

Мусульмане в американской армии: враги внутри?

Наиболее тревожный аспект риторики Хегсета — её прямое влияние на военнослужащих-мусульман. В американской армии служат десятки тысяч мусульман. Они рискуют жизнью за страну, чей министр обороны открыто называет их веру «враждебной силой» и «историческим врагом Запада».

В 2025 году Хегсет инициировал пересмотр стандартов внешнего вида, заявив, что «эпоха массовых и нелепых разрешений на ношение бороды закончилась» и что «больше не будет бород, длинных волос и поверхностного индивидуального самовыражения».

Для мусульман, которые носят бороду в соответствии с религиозной традицией, это решение поставило их перед выбором: вера или служба.

Конгрессмены от Демократической партии в письме на имя Хегсета отметили, что «тысячи военнослужащих — сикхов, иудеев, мусульман, христиан, - будут вынуждены выбирать между исповеданием своей веры и военной службой».

Ношение татуировки «кафир» на теле министра обороны — это не просто желание выделиться. Это — символическое послание каждому мусульманину в военной форме: «Я твой враг. А ты — тот, против кого мы воюем».

В контексте призыва Хегсета «убивать всех мусульман», и обращение к Богу послать его «воевать с исламистами» - это послание становится особенно зловещим.

Геополитические последствия: куда ведёт крестоносная риторика

Риторика Хегсета не звучит в вакууме. Она напрямую влияет на восприятие США в мусульманском мире — и на реальную политику.

В марте 2026 года, когда США и «Израиль» напали на Иран, Хегсет использовал библейские отсылки для описания войны. Он процитировал Псалом 144: «Благословен Господь, твердыня моя, научающий руки мои битве и персты мои — брани».

Министр обороны США, по сути, объявил агрессию США и «Израиля» — «священной войной».

Аналитики отмечают, что исламофобская риторика, сдобренная библейскими цитатами, человека, который стоит во главе американской военной иерархии, вызывает серьёзную озабоченность на Ближнем Востоке.

Эксперты предупреждают, что склонность Хегсета к насильственным военным решениям и отсутствие дипломатии могут привести к неконтролируемой эскалации в сложных региональных вопросах.

Что это означает для исламского мира и для глобальной безопасности?

Во-первых, риторика Хегсета и его откровенная ненависть и вражда к Исламу и мусульманам подрывает саму возможность диалога. Когда министр обороны США называет ислам «врагом» и носит символы крестовых походов, любые переговоры с мусульманскими странами становятся заложниками этой риторики.

Во-вторых, его агрессивная антиисламская позиция срывает пелену с глаз т.н. «умеренных» мусульман. Исламофобия на высшем уровне государственной власти — лучшее доказательство тезиса о том, что «Запад воюет с Исламом».

В-третьих, слова и дела главы Пентагона разрушают фальшивый нарратив т.н. «войны с террором», которую США вели два десятилетия. Если раньше Вашингтон настаивал, что воюет с «террористами», а не с Исламом, то теперь министр обороны прямо говорит, что воюет с Исламом и «мусульманскими ордами». Разница — принципиальная.

Молчание, которое соучаствует

Пит Хегсет — не первый американский политик, использующий исламофобскую риторику. Но он — первый, кто занял пост министра обороны с таким бэкграундом. Его назначение — это не случайность. Это — результат политики, которая годами, под бешенным давлением еврейских сионистов, нормализовала антимусульманские настроения в американском мейнстриме.

Но опасность не только в словах Хегсета. Опасность также в молчании тех, кто мог бы его остановить. В Сенате, где его утвердили. В Пентагоне, где его окружают. В Белом доме, который его назначил. И в американском обществе, где исламофобия стала приемлемой частью политического ландшафта.

Страна, которая ведёт «крестовый поход» против Ислама, не может рассчитывать на мир с Исламским миром. Страна, чей министр обороны носит татуировку «кафир», не может убедить мусульманских солдат в своей армии, что они — свои.

Deus Vult — «Так хочет Бог», вновь провозглашают крестоносцы. Но реальность показывает, что войну хотят люди. И сегодня один из этих людей руководит Пентагоном.

Кавказ-Центр